Весной 2024 года основатель медцентра «Новое зрение» Олег Ковригин — заочно осужденный на 12 лет колонии — находился в Украине по делам. 19 марта он возвращался в Евросоюз через украино-польскую границу. Но пересечь ее не смог: беларусские власти включили его фамилию в базу розыска Интерпола. Чтобы добиться исключения себя из этого списка, Ковригин потратил около двух лет. О том, как ему это удалось, он рассказал «Зеркалу».
— Мои данные подали в базу Интерпола в феврале 2024 года. Конечно, я об этом не знал, — говорит Ковригин. — На тот момент еще не была известна даже дата суда. Шло только расследование уголовного дела. Я готовился к защите, планировал ехать в Беларусь и присутствовать на суде.
Ковригина задержали в пункте пропуска при выезде из Украины. Неожиданно оказалось, что он находится в розыске по линии Интерпола.
— Пограничники смотрели мой паспорт и сразу оживились. Там у них высветилась надпись, что я «преступник» и так далее и тому подобное, — вспоминает Ковригин. — Для меня это была полная неожиданность. Я попал на красную карточку. Это самый строгий список Интерпола. Попавших в него нужно прямо задерживать на месте и отправлять в страну, которая их туда включила. То есть в Беларусь. Потом пограничники вызвали опергруппу и полицию, а также попросили пройти для дачи показаний. Человек в списке Интерпола — они же не знают, преступник он или нет. Они должны задержать.
У Интерпола есть система «уведомлений», которые маркированы разными цветами (по-английски они называются notices, их еще переводят как «циркуляры», «формуляры», «ноты»). Красные — розыск лица, подозреваемого в совершении преступления. Синие — установление местонахождения человека в рамках уголовного дела (но они могут и не предполагать его арест). Зеленые могут распространяться на человека, в отношении которого проводятся лишь оперативно-разыскные мероприятия, но у которого еще нет процессуального статуса (то есть на него не заведены уголовные дела).
После всех процедур бизнесмена отвезли в следственный изолятор недалеко от Львова. Там он провел почти сутки, ожидая решения суда о своей дальнейшей судьбе.
— Достаточно такое уютное, спокойное заведение. Ну, мне так показалось, — говорит Ковригин. — Ко мне все относились очень хорошо, по-человечески. Я не чувствовал никаких проблем со стороны персонала. Стоило показать им пару статей обо мне, и все сразу им стало ясно. К тому же оказалось, что мой случай не первый. Власти Беларуси, к сожалению, сейчас используют Интерпол в том числе для того, чтобы надавить на людей. Огромное количество людей туда подают постоянно. И это уже даже не что-то сверхъестественное. На самом деле это, конечно, очень плохо, потому что подрывается и авторитет Интерпола, и суть, и дух этой организации.
В суде Ковригин узнал, что в базу розыска Интерпола беларусские власти подали по ч. 3 ст. 243 (Уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере). О том, что следствие идет и по «политическим» статьям, там не было ни слова.
Украинский суд решил Ковригина никуда не высылать, а оставить на территории страны. По словам бизнесмена, судья учел, что запрос был из Беларуси.
— Приехал ко мне адвокат, был прокурор, который поддерживал обвинение Беларуси, как странно это ни звучит, — вспоминает он. — Прокурор еще такой говорит: «Надо выдать». Но адвокат смог объяснить, что выдать меня никак нельзя. Судья согласился. В итоге меня выпустили без всяких обязательств. Я мог находиться на территории Украины, но не выезжать.
После суда перед беларусом встал вопрос, как быть дальше и как получить разрешение на выезд. Он стал изучать вопрос и столкнулся с проблемами.
— Людям очень трудно сориентироваться во всем этом. Те юристы, которые знают, как и что делать в подобных ситуациях, ничего не говорят, а кто много говорит, обычно ничего не знает. Они очень стараются вытянуть из людей деньги, — объясняет Ковригин. — Я не нашел толкового юриста, который бы решил мою проблему полностью «под ключ». Поэтому за свою защиту взялся самостоятельно и строил ее сам, пользуясь консультациями для написания документов. Потом, естественно, появились знакомые и связи, но на начальном этапе изучал все сам.
С помощью юристов Олег Ковригин несколько месяцев составлял большое письмо в Интерпол. Говорит, цены на их услуги довольно высокие — от 200 до 500 евро в час.
В мае 2024 года в отношении предпринимателя начали спецпроизводство. Дальше суд рассматривал обвинение уже по девяти статьям, в том числе и якобы за дискредитацию Беларуси, содействие «экстремизму», призывы к санкциям и разжигание вражды. Этот момент стал дополнительным аргументом для Интерпола о том, что дело все же «политическое». А между тем, согласно ст. 3 Устава Интерпола, «организации категорически запрещается осуществлять какое-либо вмешательство или деятельность политического, военного, религиозного или расового характера».
Бизнесмен подчеркивает, что важно очень четко и аргументированно доносить Интерполу свою позицию и не бояться посылать всю имеющуюся информацию, так как у специалистов, рассматривающих такие вопросы, нет никаких контактов с Беларусью.
— Юристы Интерпола должны получить документы, которые открывают истину. Также я указал моменты, где беларусские власти допустили процессуальные ошибки и фальсификацию данных, — говорит предприниматель. — В моем случае была фальсификация данных со стороны Беларуси. Насколько мне известно, они заявили Интерполу, что я полноценно участвовал в судебном процессе и даже нанял адвоката. Но это же полная ложь! Я никогда не получал доступа к делам. Не мог заключить договор с адвокатом, так как никто не хотел за мое дело браться из-за «политики». Мне якобы предоставили государственного, но я даже не знал, как его зовут, и не мог с ним связаться. Ведь мне дали неправильный адрес электронной почты (уже потом, когда прошли все сроки рассмотрения апелляций, они сказали правильный). Прошло два года, а я до сих пор не имею на руках судебного решения. Информацию по своему делу знаю из статей в СМИ. Человека осудили на 12 лет, а он не в курсе, в чем суть обвинения. В общем, я был полностью лишен права на юридическую защиту. Если бы сейчас меня передали беларусским властям, я бы даже не знал, о чем идет речь. Это издевательство над законом.
Решение Интерпол принимал без малого два года. Хотя, по словам Ковригина, срок рассмотрения таких случаев обычно 9−12 месяцев.
— Из-за войны возник огромный запрос на красные карточки со стороны Украины, Беларуси, России. Интерпол просто захлебнулся, — говорит предприниматель. Ускорить этот процесс, по его словам, не было никакой возможности.
Но в начале марта 2026-го Ковригин наконец увидел на электронной почте заветное письмо. Интерпол принял решение в его пользу и исключил беларуса из базы розыска.
— Потому что признали дело «исключительно политическим» и не усмотрели там никаких других мотивов, — считает Олег. — По их заключению, фактически я полностью невиновен. Я не налоговый резидент Беларуси, не вел там хозяйственную деятельность и не мог уклоняться от уплаты налогов. А то, что в Беларуси пролетарским чутьем считают, что Ковригин владел чем-то и закон им не писан, так это не прокатывает в международном праве. Также Интерпол в письме ответил, что власти «допускали манипуляцию доказательствами». Выходит, не было законного способа обосновать включение меня в розыск. К слову, это решение Интерпола уже не подлежит обжалованию. Власти Беларуси не имеют права повторно подавать на меня в розыск. Более того, я обезопасился дополнительными шагами, раскрывать которые не буду, чтобы не давать им возможности узнать об этих инструментах и найти способ их обойти.
По словам Ковригина, если бы он заранее подумал о таком варианте развития, то мог бы отправить в Интерпол превентивный запрос.
— Это такой инструмент, когда можно заранее написать в Интерпол, что вы ожидаете такой вот «политический» запрос из Беларуси, и обосновать почему, — объясняет предприниматель. — Тогда они не будут ставить вас в красный список, а будут уже разбираться с запросом сами. Это проще, чем мой путь.
Неделю назад Олег Ковригин пересек польско-украинскую границу. Говорит, вопросов вообще не возникло.
— Когда Интерпол удаляет записи, пограничник не видит никаких отметок. По идее, даже беларусская служба организации должна все удалить, — рассуждает он.
Сейчас бизнесмен уже на Мальте, где живет его семья — жена и двое детей, которых он долго не видел.
— Хочу сказать беларусам, что раз я смог добиться, чтобы меня исключили из баз розыска Интерпола, то и вы сможете. А лучше не доводите до такой ситуации, как была у меня, перевозите свой бизнес в другие, более демократические страны, — говорит он и добавляет, что в целом собирается поехать в Беларусь. — Я буду в России через месяц. Мои юристы сейчас снимут меня из розыска РФ и других стран СНГ. Я могу теперь быть везде. Я законопослушный человек. Почему я не могу взять правосудие в свои руки? Мои права задеты, я ограблен. Я имею право на ответные действия. От меня пощады ждать не стоит. А КГБ я не боюсь. Почему я должен их бояться? Это они пусть испытывают подобные чувства ко мне.
Поблагодарить за статью